Теперь можно определить «базисное суждение» следующим образом: это суждение, которое возникает из события восприятия; последнее является основанием его истинности. Базисное суждение имеет такую форму, что никакие два суждения этой формы не могут быть противоречащими друг другу, если они выведены из различных актов восприятия.
Примерами базисных суждений могли бы быть суждения: «Мне жарко», «Вон то — красное», «Какой отвратительный запах». Все базисные суждения в вышеприведенном смысле являются личностными, поскольку никто еще не смог участвовать в моих ощущениях, а также скоропреходящими, поскольку через мгновение они сменяются воспоминаниями.
Вместо вышеприведенного определения можем принять логическое определение. Можно рассматривать эмпирическое знание в целом и определить «базисные суждения» как те из логически недоказуемых суждений, которые являются эмпирическими, т. е. утверждают какое-либо событие во времени. Данное определение, как я полагаю, экстенсионально эквивалентно упоминавшемуся ранее эпистемологическому определению.
Некоторые из логических позитивистов, особенно Нейрат и Гем-пель, не согласны с тем, что произвольное множество суждений может быть отобрано в качестве «базисных» или же в качестве посылок, важных в каком-либо эпистемологическом смысле для оставшейся части суждений. Их взгляд состоит в том, что «истина» является синтаксическим, a не семантическим понятием: суждение «истинно» в рамках данной системы, если оно не противоречит остальным суждениям системы, однако могут существовать другие системы, несовместимые с первой, в которых обсуждаемое суждение будет «ложным». По их мнению, не существует такого процесса, как выведение истины суждений из каких-то внеязыковых явлений: мир слов является замкнутым самодостаточным миром, и философ не нуждается в чем-либо за его пределами.
В логике и математике взгляд на «истину» как синтаксическое понятие является корректным, поскольку именно синтаксис обеспечивает истинность тавтологий. Истина в этой сфере открывает-