Предложения, характеризующие опыт

Таким образом, логика и в целом концепция слов и предложений, как противостоящая произнесениям слов и предложений, является неискоренимо платонистической. Когда мы говорим, что «это — черное» и «то — черное», мы хотим сказать одно и то же о двух предметах, но нам это не удается; мы преуспеем в нашем желании только в том случае, когда скажем, что «это и то являются черным», и в таком случае мы говорим нечто отличное от того, что перед этим было сказано об этом и о том. Таким образом, тот вид общности, который, как кажется, должен использоваться при повторном использовании слова «черный», является иллюзией; в действительности мы имеем дело со сходством. Воспринимать сходство двух произнесений слова «черное» — то же самое, что воспринимать сходство двух черных пятен. Но фактически, когда мы используем язык, нет необходимости воспринимать сходство. Одно черное пятно обусловливает одно словесное произнесение «черного», а другое — другое; пятна являются сходными, и их вербальные эффекты являются сходными, и эффекты двух вербальных произнесений тоже являются сходными. Эти сходства можно наблюдать, но в этом нет нужды; все, что требуется, так это чтобы они фактически существовали. Важность данного вопроса состоит в его связи с логикой и теорией универсалий. И он показывает, насколько схожи психологические посылки доктрины (а логика считает ее доказанной), согласно которой одно и то же слово может встречаться в различных случаях, в различных произнесениях предложений и даже в различных предложениях. Если не быть внимательным, это может дезориентировать нас так же, как если бы мы заключили, что окапи¹ находится одновременно в Лондоне и Нью-Йорке на основании того, что предложения: «Окапи находится сейчас в Лондоне» и «окапи находится сейчас в Нью-Йорке» могут оба быть истинными.

Чтобы опять вернуться из этой экскурсии к логике, давайте дальше посмотрим, что случится, когда мы перейдем от гештальт-вос-приятия к аналитическому восприятию, например, от фразы «име-

¹ Африканское животное из семейства жирафов, но с более короткой шеей. — Ярим, перев.