ется двойка треф», когда мы воспринимаем значки в целом, как юс единство, к фразе «Имеются две сходные черные метки на белой основе», где мы видим части формы и их взаимосвязь. Знакомство с одним из видов чувственно воспринимаемого материала порождает подобные аналитические суждения. Вы знаете, что колода карт содержит тринадцать карт трефовой масти и четыре двойки, и вы имеете привычку к двойной классификации карт. Это делается, однако, обоими путями. Вы способны распознать десятку по образцу, в то время как человек, незнакомый с картами, мог бы считать до десяти не с целью обнаружить, что образец отличается от девятки или восьмерки, а с целью дать карте свое имя.
Легко впасть в преувеличение с тем, что необходимо, например, при счете. Если вы намерены пересчитать кучу орехов, обладая двигательной привычкой говорить: «Один, два, три...» в правильной последовательности, вы можете складывать орехи один за другим в сумку, каждый раз называя соответствующее число, и в конце концов вы пересчитаете их. При этом необязательно помнить или понимать числа иначе, чем в виде строчки звуков, появляющихся в определенной последовательности в соответствии с имеющейся привычкой. Данный пример показывает, насколько большим выглядит число слов, которые требуется знать, по сравнению с тем, что известно человеку, употребляющему их. Аналогично, черный объект может побудить вас сказать: «Это — черное» в результате просто механической реакции, без осознания значения ваших слов. В самом деле, что говорится в бездумной манере, может оказаться более похожим на истину, чем то, что сказано обдуманно; ведь если вы владеете английским, существует причинная связь между черным объектом и словом «черный», которой нет между тем же объектом и названием другого цвета. То, что приписывает столь высокую степень правдоподобия предложениям, стимулируется присутствием объектов, на которые указывают эти предложения.
Когда вы видите черный предмет и говорите: «Это — черное», вы, как правило, не замечаете, что произносите эти слова; вы знаете, что вещь является черной, но вы не знаете, что вы это оказали. Мы употребляем «знать» в смысле «обращать внимание», что было