Ибо они привыкли вкладывать свои знания и свою персональную информацию в продукты, персонализация товара или услуги отныне становится для них очевидностью*.
В качестве потребителей подростки, изученные Тэп-скоттом, не так хрупки, как старшие, поскольку они владеют компьютером: чтобы отказаться от предложения, достаточно сменить страницу! Речь уже не идет о том, чтобы всучить им товар, который им не нужен, лишь потому, что они не смеют сказать нет продавцу, который занимается ими в течение часа. Тем не менее хотелось бы знать, смогут ли они сохранить ту же требовательность в реальном мире: в этом весь вопрос «переноса», который на сегодняшний момент не стал, насколько нам известно, объектом серьезных исследований. Психологи же, которым мы задавали этот вопрос, разделились во мнениях. Но во всяком случае, ребенок, замкнутый в самом себе, чьи проблемы с общением усугубляются компьютером, который предлагает ему вполне удовлетворительный альтернативный мир, будет испытывать гораздо больше проблем, чем когда-либо, при получении в магазине того, что ему нужно.
Молодые люди 15—25 лет хотели бы также иметь возможность безнаказанно ошибаться и менять свое мнение. Мы уже видели, что прогресс в видеоигре в немалой степени зависит от способности игрока овладеть процессом проб и ошибок; он может найти верное решение, постепенно отвергая неправильные. То же самое в Интернете, когда пользователю ежесекундно предлагается возможность исправить свои ошибки или воссоздать предшествующую ситуацию нажатием одной кнопки. Так молодые люди хотят иметь возможность поправлять самих себя в любых обстоятельствах и менять мнение так часто, как они этого пожелают.
Другое предполагаемое отличие от старших состоит в том, что новые потребители эры Интернета не являют-
* На эту тему см. также главу 1: «Машина для производства зомби».