какую-то связь с животным ожиданием. Но это чисто психологический вопрос, несущественный для нашего исследования.
А теперь мы попытаемся проанализировать, что «выражается» словами «после А всегда следует В». То, что выражается, не может пониматься в том смысле, что когда мы сталкиваемся на опыте с А, мы ожидаем В, поскольку это уже другой общий закон, который следовало бы сходным образом проанализировать, и так мы впали бы в бесконечный регресс. То, что выражается, должно быть мнением, включающим как А, так и 5, но не причинной связью между мнением и одним Л, а также между другим мнением и одним В.
Предположим, я полагаю, что все люди смертны. Что при этом должно случиться со мной? Я думаю, что мнение такого рода иногда является утвердительным, иногда отрицательным там, где такие термины следует истолковывать психологически. Мнение является утвердительным, когда принимается то, что рассматривается, и отрицательным, когда отвергается то, что рассматривается. Таким образом, высказывание «Все люди смертны», когда оно утвердительное, устанавливает определенную связь между предикатами «человек» и «смертен», а когда оно отрицательное, то может быть представлено вопросом «Бессмертный человек?», после которого следует ответ «Нет». Психологически эти два случая отличаются. Давайте сначала рассмотрим утвердительный вариант.
Можно подумать, что высказывание «Любой, принадлежащий к человеческому роду, смертен» можно истолковать с субъективной точки зрения всего лишь как отношение двух предикатов «человеческий» и «смертен». Мы могли бы сказать: все мнения, такие как «А человек», «5 — человек» и т. д., рассматриваются как события носителем мнений; они имеют нечто общее, то, что «выражается» предикатом «человеческий». Аналогичным образом имеется нечто, «выражаемое» предикатом «смертный». Мы могли бы попробовать сказать, что один из этих предикатов имплицирует другой, и использовать данное обстоятельство для анализа того, что «выражается» посредством высказывания «Все люди смертны».