ДАННАЯ РАБОТА была задумана как исследование некоторых проблем, касающихся эмпирического познания. В отличие от традиционной теории познания, метод, используемый здесь, придает большое значение лингвистическим соображениям. Я намереваюсь рассмотреть роль языка в связи с двумя основными проблемами, которые — предварительно и не очень точно — можно сформулировать следующим образом:
I. Что подразумевают под «эмпирическим свидетельством истинности некоторого суждения»?
П. Что можно вывести из факта существования такого свидетельства?
Здесь, как это обычно бывает в философии, первая трудность заключается в том, чтобы увидеть, что проблема действительно трудна. Если вы спросите человека, плохо знакомого с философией: «Откуда вы знаете, что у меня два глаза?», он или она ответит: «Что за глупый вопрос! Да я это вижу!» Не следует думать, что по окончании нашего исследования мы придем к чему-то радикально отличному от этой нефилософской позиции. Мы лишь увидим сложную структуру в том, что считали простым, осознаем полутона неопределенности в ситуациях, не вызывавших ранее сомнений, обнаружим, что сомнение оправдано гораздо чаще, чем мы думали, и убедимся в том, что даже наиболее правдоподобные посылки способны приводить к неправдоподобным заключениям. В итоге ясное сомнение встанет на место неясной уверенности. Имеет ли такой результат какую-либо ценность — вопрос, на котором я не буду останавливаться.
Как только мы всерьез беремся за рассмотрение наших двух вопросов, на нас сразу же обрушиваются трудности. Возьмем выражение «эмпирическое свидетельство истинности суждения». Если мы не придем к выводу о том, что наш вопрос вообще поставлен ошибочно, то эта фраза потребует от нас уточнить слова «эмпирический», «свидетельство», «истина», «суждение».
Начнем с «суждения»1. Суждение есть нечто такое, что может быть высказано в любом языке: «Сократ смертен» и «Socrate est mortel» выражают одно и то же суждение. И в одном языке суждение может быть выражено разными способами, скажем, различие между «Цезарь был убит в иды марта» и «в иды марта случилось так, что Цезарь был убит» имеет чисто словесный характер. Таким образом, две словесные формы могут иметь «одно и то же значение». Поэтому в первом приближении мы можем определить «суждение» как «все предложения, имеющие то же значение, что и данное предложение».
Теперь мы должны определить выражения «предложение» и «обладать одним и тем же значением». Оставим пока последнее и спросим: что такое предложение? Это может быть отдельное слово или, чаще всего, некоторое количество слов, составленных вместе согласно законам синтаксиса. Его отличительная особенность состоит в том, что оно выражает утверждение, отрицание, приказ, пожелание или вопрос. Однако, с нашей точки зрения, еще более примечательно то, что мы можем понять, о чем говорит предложение, если знаем значения входящих в него слов и правила синтаксиса. Таким образом, наше исследование должно начаться с анализа слов, а затем перейти к синтаксису.
Прежде чем входить в какие-либо детали, можно высказать некоторые общие замечания о природе нашей проблемы, способные помочь нам осознать ее значение.
Наша проблема представляет собой одну из проблем теории познания. Что такое теория познания? Все, что мы знаем, или счита-
1 В оригинале — «proposition», что в логической литературе принято с 60-х годов переводить как «суждение», (См. Л. Чёрч. Введение в математическую логику. ИЛ., М„ 1960, с. 10.) — Прим. перев.