Данный этап связан с восстановлением довоенного (1936 г.) уровня экономического развития региона, который был достигнут уже в 1949 г.
Не следует, однако, забывать, что удельный вес Западной Европы в промышленном производстве капиталистического мира сократился с 38% в 1937 г. до 31% в 1948 г., а в экспорте товаров — с 35 до 28%. Западноевропейские страны сразу же после войны оказались в экономической и политической зависимости от США, их золотовалютные резервы сократились с 9 млрд долл. в 1939 г. до 4 млрд в 1948 г. и были в 6 раз меньше, чем в США,
Но США решили оказать реальную помощь в восстановлении экономики стран Западной Европы и предложили план Маршалладля этой цели (7 июня 1947 г.). Общая сумма государственных ассигнований по этому плану составила 17 млрд долл. (около 90 млрд долл. в нынешних ценах), что было весьма существенной величиной. Более половины этой суммы получили Великобритания, Франция и Западная Германия. Кроме того, в Западную Европу направился поток частного американского капитала в форме прямых инвестицийи кредитов.
Экономическая помощь предоставлялась западноевропейским странам на основе двусторонних соглашений при условии предоставления свободы предпринимательской деятельности в странах-реципиентах. И хотя 70% этой помощи относилось к американским поставкам продовольствия, топлива и удобрений, главный смысл «плана Маршалла» был направлен на развитие западноевропейской промышленности, внутриевропейской торговли и на укрепление валют западноевропейских стран.
Помощь по «плану Маршалла» была предложена и Советскому Союзу, а также странам Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ), серьезно пострадавшим от войны. Однако советское руководство высокомерно отказалось, повлияв соответствующим образом и на отказ своих новых союзников. СССР официально подверг критике идею «плана Маршалла», рассматривая его в качестве механизма американского вмешательства во внутренние дела европейских стран и чуть ли не закабаления Западной Европы. Советская печать подняла волну критики «американского проникновения» и «нового порабощения» Западной Европы. На деле же СССР вел линию на раскол Европы, на создание противника в холодной войнев интересах мобилизации внутренних сил и укрепления господства Коммунистической партии внутри страны и своего влияния на страны ЦВЕ. Известно, что ничто так не укрепляет идеологию и господство правящих верхов, как образ «врага». К сожалению, Запад принял эту политику и ответил на нее укреплением своего противостояния СССР и другим социалистическим странам, решив в конечном счете добиться победы в «холодной войне».
Важным событием в течение рассматриваемого периода явились экономические реформы в Западной Европе, получившие название шоковой терапии. Реформыэти связаны с именем директора Управления хозяйства объединенных зон оккупации Людвига Эрхарда—впоследствии канцлера республики (1963—1966 гг.) после К. Аденауэра. Однако инициатива в их проведении принадлежала США, которые через административные органы своих оккупационных войск в Германии давали необходимые консультации и импульс немецким специалистам.
Главные рычаги экономического возрождения страны Эрхард видел в свободной частной инициативе, конкуренции в сочетании с активной, но не командной ролью государства в хозяйственной жизни.
Экономическая реформа Л. Эрхарда была направлена и на решительный отход от нацистского прошлого, от тоталитарной командной экономики фашистской Германии. Реформа эта основывалась на денежной реформе, свободных ценах и свободной предпринимательской деятельности (напрашиваются аналогии с «шоковой терапией» в Польше в 1990 г. и в России в 1992 г.).
Весьма непопулярной поначалу из-за своей жесткости стала денежная реформа,когда 21 июня 1948 г. рейхсмарки были отменены и вместо них каждый немец получил по 40 новых дойчмарок, потом к ним добавили еще по 20. Заработная плата и пенсии выплачивались в новых марках по курсу 1:1, половину сбережений в банках можно было обменять по курсу 1:10, вторую половину позже уже обменивали по курсу 1:20. Денежные обязательства предприятий пересчитывались по курсу также 1:10, и, получив наличность для выплаты первой заработной платы, предприятия в дальнейшем должны были существовать за счет сбыта своей продукции. Обязательства банков и учреждений бывшего рейха в основном аннулировались.
Это была действительно жесткая реформа, намного более жесткая, чем потом в Польше или России, да и обстановка в Германии в 1948 г. была куда более тяжелой. Но другого способа покончить с инфляцией Эрхард не видел, и фактически в один день, опираясь на «военную диктатуру» весьма авторитетной оккупационной администрации, Западная Германия освободилась от огромной массы обесцененных старых денег и начала путь к реальной рыночной экономике.
Через 3 дня после денежной была проведена реформа цен.В старой гитлеровской Германии, несмотря на сохранение частной собственности и конкуренцию, многие цены устанавливались государством административным путем. Теперь же цены были отпущены на свободу. Эрхард отменил сотни старых предписаний, регулировавших экономическую жизнь, упразднил административное распределение ресурсов и контроль над ценами. В результате на глазах всех немцев почти сразу же исчез «черный рынок», магазины заполнились товарами и вместо поисков продуктов люди стали заботиться об их производстве, о зарабатывании новых денег. Инфляция почти не ощущалась, ибо цены возрастали практически в соответствии с повышением заработной платы, а она, в свою очередь, — в соответствии с ростом производительности труда (за первый год реформ — на 1/3).
В полной мере проявила свою исключительную роль свобода предпринимательства.На достижение реальной свободы предпринимательства без урезания прав потребителей была направлена как новая кредитная, так и налоговая политика.По словам Эрхарда, покупатель снова стал «королем», определявшим лицо рынка. Основой «благосостояния для всех» на деле стал мелкий и средний бизнес. Начав реформу «сверху», Эрхард специально предупреждал об опасности последующего чрезмерного, тем более прямого вмешательства государства в рыночную экономику.
Так Эрхард строил социальное рыночное хозяйстводля своей страны. Однако и оппонентов у него было немало. Это и профсоюзы, и левые партии, и крупный бизнес, концерны. Причем Эрхард настаивал не на надзоре, а на запрете монополий, стремившихся к господству на рынке, к ухудшению свободной конкуренции. Теперь уже общепризнано, что экономическая реформа Эрхарда в Германии имела заслуженный успех, была проведена профессионально и грамотно. Последующие эпигонские реформы в других странах подобного успеха, как правило, не достигали.
Что же объективно способствовало такому успеху, не считая помощи США и профессионализма немецких экономистов и политиков?
Во-первых, поддержка широких слоев населения, разочаровавшихся в нацистском прошлом своей страны.
Во-вторых, широкая денацификациястраны, осуждение фашистского преступного режима, сплотившие большинство немцев в поисках путей рыночного развития их экономики, демократизации политической жизни, повышения благосостояния немецкого народа. Ведь после поражения во Второй мировой войне в 1945 г. Германия оказалась в катастрофическом положении: разрушенные города, карточная система, пустые полки магазинов, бартер, нравственно-духовное истощение и т. д.
В-третьих, неустанная работоспособность и здоровый патриотизм всех слоев немецкого народа, сплотившегося в стремлении войти в мировое сообщество на здоровой и прочной основе, напрочь рассчитавшись с преступным прошлым. К этому надо добавить и давние традиции ответственности, дисциплины и внутренней силы нации, столь характерные для развития Германии за предшествующие 100 лет, не сломанные 12-летним правлением нацистов.
И результаты не заставили себя долго ждать. Экономика Германии стала восстанавливаться и расти быстрыми темпами, жизненный уровень населения резко пошел вверх, экспорт стал процветать. К середине 50-х годов ФРГ вышла на второе место в мире (после США) по объему золотых запасов.
Можно сколько угодно говорить в этой связи о последующих успехах экономического развития Германии, о конкретных проявлениях «немецкого экономического чуда», об активной роли Германии в европейских интеграционных процессах (об этом, кстати, речь пойдет ниже), однако главное чудо заключалось в том, что, пройдя за 10 последующих лет через чистилище экономических реформ, немецкий народ вышел из него полностью обновленной нацией, свободной, доброжелательной, жизнерадостной. Новые поколения немцев разительно отличаются от предшествующих поколений, зараженных и испорченных фашизмом, которому они вынуждены были служить и который они в большинстве своем искренне поддерживали благодаря «изощренному воспитанию» и пропаганде. Новая Германия извинилась за свое прошлое, официально осудила его и проявила должное терпение после войны, выполняя возложенные на нее мировым сообществом обязательства.
В этой связи нельзя не отметить и новые добрые отношения, которые постепенно стали складываться между нашей страной и Германией. Сегодня это наш главный экономический партнер и союзник со стороны Запада. Германия взяла на себя роль «моста» по продвижению России и стран ЦВЕ к приобщению к ценностям западной и особенно западноевропейской цивилизации.
