Зачем нужно ограничивать время, предоставленное для электронных игр, включая сюда и те, что «не представляют никакой опасности»? Просто-напросто для того, чтобы дать детям возможность заняться чем-то еще. «Расписание детского дня перенасыщено, — предостерегает психоаналитик Элен Веккьяли. — Между карате, скрипкой, играми и компьютером у них больше нет времени, чтобы позволить поработать „вхолостую" их креативности и воображению». И цитирует знаменитого британского психоаналитика Дональда Винникотта, который показал важность «способности побыть в одиночестве, чтобы помечтать». Она настаивает, что «настоящая опасность видеоигр заключается не в жестокости и не в эпилептических припадках, а в том, что они мешают развитию детского воображения».
Второе базовое правило: запретить наиболее жестокие игры. Сегодня их легко распознать благодаря пиктограммам, почти всегда присутствующим на коробках («для всех», «для детей старше 12 лет» или «для детей старше 16 лет»). Производители сами настойчиво советуют соблюдать их рекомендации.
И последнее необходимое правило — диалог. Прежде всего на тему видеоигр. «Жизненно важно, чтобы родители не позволяли бесконтрольно развиваться рядом с собой культуре мечтаний, фантазмов и социабельно-сти. Игра должна быть возможностью для общения с ребенком, — объясняет Серж Тиссерон. — Если взрослые интересуются тем, что он делает, если они задают вопросы, ребенок выработает иное отношение к игре, которое больше не будет только соревновательным, но также будет способствовать повышению его самооценки». Другой аргумент необходимости диалога заключается в том, что игры вызывают сильные эмоции, приводящие ребенка к нервному напряжению. Поэтому важно, чтобы он мог разрядить это эмоциональное напряжение, разделив его с собеседником. Эти беседы составляют часть необходимого «обучения образам» и особенно образам телевизионным, о которых шла речь в главе 4. Наконец, хотя
видеоигры преимущественно учат не драматизировать поражение, поскольку прогресс здесь невозможен без ошибок и исправлений, следует помешать ребенку зацикливаться на игре, которую ему не удается завершить. «Если он не смог найти решения после нескольких часов, — советует Эрик Кан, — нужно посоветовать ему заняться чем-то другим или же позвонить приятелям, которые подскажут правильное решение. В противном случае ребенок может потерять веру в свс*и силы».
Также следует сопровождать ребенка, когда он гуляет по Сети, так же как при любом его выходе за пределы дома. Другими словами — не ходить на танцы вместо него, но знать, куда он ходит, с кем и в какое время он возвращается. Вступать в диалог необходимо, даже если воспитание, как может показаться, очень далеко отстоит от технологии, ибо в его отсутствие у ребенка может развиться некая отдельная культура, которая отрежет его от родителей. Детский психиатр Жан-Ив Айе весьма категоричен: «Мы должны не бояться сказать нашим детям, особенно самым маленьким, что в Интернете вполне возможно они столкнутся (или уже столкнулись) со странными, пугающими, если не шокирующими вещами: этим самым мы приглашаем их к разговору и обещаем, что не будем ворчать на них, если они это сделают».
Решение, благоприятствующее диалогу, заключается в том, чтобы поместить семейный компьютер в свободном доступе в уголке гостиной или в общей зоне, где постоянно циркулируют взрослые. Нужно любой ценой избегать устанавливать его в детской. Но этот бой уже не выиграть заранее: согласно исследованию Ipsos-Mediangle, опубликованному в июле 2000 года, компьютеры прописаны в детских комнатах более чем в трети случаев.
Бесполезно питать какие бы то ни было иллюзии: установка ПК «на виду» не является страховкой от любого риска. Подростки, которые общаются в форуме или с приятелями, разработали секретные коды, чтобы сообщать своим корреспондентам, что за ними наблюдают.
