Дети процессора

без всяких ограничений? На самом деле юные пользователи говорят, что прекрасно отдают себе отчет в возможном риске. Стоит сказать, что большинство сайтов прямо предостерегают их: «Никогда не давайте свой адрес кому бы то ни было», «Никогда не ходите на свидание в одиночку» и так далее. В конечном итоге сомнение — часть игры. Как это признал четырнадцатилетний подросток из Безансона, которому мы задали вопрос, «встретив» его в одном из чат-салонов: «Мифоманы? Конечно, их тут полно. Но можно научиться их вычислять: в конце концов, они начинают сами себе противоречить...»

К счастью, сумасшедшие не бегают по улицам или по «каналам». За несколькими исключениями, риск, который они представляют, имеет больше общего с фантазией, чем с реальностью. В остальном впечатление «неопределенности» остается неизменным, поскольку сам инструмент облегчает вмешательство в текст любого. Начиная с первого электронного письма обмены, игры в ответы, диалоги или даже многочисленные посылки третьим лицам начнут сменять друг друга, так что финальное послание — финальные послания, полученные многими лицами, — сделает очень трудным установление источника слов. Текст больше не представляет собой, как прежде, линейную форму, с помощью которой единственное лицо выражает и развивает свою мысль, но переплетение различных жизненных позиций. Фабьена Кюзен-Берш⁶, преподаватель лингвистики в университете Пари-Сюд, раскрывает эту трудность, указывая на «отсутствие визуальной возможности, то есть ясности ситуации комплексного изложения, к которой еще не привыкли».

Это новшество выходит за рамки обычного обмена корреспонденцией: можно предсказать, следуя мысли Роже Шартье, уже упоминавшегося нами директора Высшей Школы исследований в области общественных наук и специалиста по истории книги, что сама форма книги при-

⁶ Fabienne Cusin-Berche, «Courriel et genres discursifs», In Internet, communication et languefrancaise, Editions Hermes, page 13.