Дети процессора

капитализма, вы обнаружите, что периоды перемен всегда давали место утопическим дискуссиям в качестве оправдания. Призвание таких разговоров заключается в первую очередь в том, чтобы ускорить открытие рынков. После открытия Америки, например, считалось необходимым вкладывать деньги в новый континент. И это вызывало рывок, достойный нашей новой экономики!» Словом, чтобы спровоцировать интерес вокруг какого-либо сектора экономики, нужно лишь создать ему рекламу, любыми средствами, пусть даже демагогическими...

Если новая экономика как модная концепция уже забыта, авторитет тем не менее не выйдет невредимым из этой ситуации. Но опять же, стоит ли обвинять в этом новые технологии? Процесс изменения традиционной организации, во всяком случае, начался с технологического бума. Первые сбои на предприятих с высокой степенью иерархичности проявились в конце 70-х годов. «Конец периода экономического подъема Славных Тридцатых вкупе со вторым нефтяным шоком проявил для организаций необходимость быть более быстрыми и более гибкими перед лицом более непредсказуемой конъюнктуры», — объясняет Ален д'Ирибарн. Это была первая атака на тяжести иерархии, тем более чувствительная во Франции, где традиция разделения общества укоренилась очень глубоко. Кроме того, новые технологии обеспечивают действительно лучшую циркуляцию информации в профессиональной среде, что требует пересмотра функций руководящего состава. Пример? Ан-дреас Агатоклеус приводит случай пятидесятилетней работницы небольшого предприятия, производящего автомобильные сиденья: «Она никогда не вступала в контакт с клиентами или конструкторами в течение двадцати лет своей карьеры. Налаживать связи было обязанностью ее начальника. Но с появлением электронной почты клиенты стали обращаться непосредственно к ней. Она была вынуждена отвечать, пусть даже ей приходилось находить новую информацию. И ей не всегда надо звать на помощь шефа». Вывод: руководя-