Авторитет - это не проблема знаний или IQ

Во всяком случае, это лишь часть проблемы. По мнению большинства психологов, дебаты об авторитете, пошатнувшемся из-за мультимедиа, суть лишь дерево, за которым не видно леса. «Авторитет, такой, каким он должен быть в глазах ребенка, не имеет ничего общего ни с уровнем знаний, ни с IQ его носителя, — объясняет психоаналитик Элен Веккьяли. — Неважно, что ребенку лучше, чем его родителям, известно, как работает видеомагнитофон, или он быстрее их пробегает стометровку, или он непобедим в сборе грибов. Авторитет — это отношение отца: сумел ли он заставить соблюдать Закон».

Кто-то заметит, что мать, брат или сестра также могут выполнять эту функцию в повседневной жизни. Здесь важно то, что вовсе не владение той или иной техникой сообщает авторитет в семье. «Иметь детей, лучших, чем ты сам, вовсе не новость, — говорит психоаналитик Серж Тиссерон. — Это один из принципов восхождения по социальной лестнице. Это хорошо знакомо эмигрантам: они видят, что их дети овладевают языками гораздо быстрее, чем старшее поколение. Родители должны передавать вовсе не знания, но ценности. Но сегодняшние родители не знают, какие ценности передавать, поскольку они больше не владеют ключом к успеху. Они сами иногда теряют работу, супруга... У них больше нет уверенности в себе, нет моделей, которые они могли бы предложить. Они сами сбиты с курса».

Слишком много родителей сдались, вольно или невольно. И это порождает детей-королей, чье поведение лишено рамок и границ, кому не запрещают более ничего. Они оспаривают авторитет, который, впрочем, их никогда не учили уважать. «Дети мультимедиа ничем не отличаются от тех, что им предшествовали, и не будут отличаться, если их научат уважать Закон и если родители освоят инструменты (видеоигры, компьютер...), не позволив машине взять верх над человеком», — заключает Элен Веккьяли.

7. Детский государственный переворот

Отец, лишенный своей роли pater familias (отца семейства), больше не представляет собой опоры для порядка вещей в обществе, основа которого — индивидуум. Отныне образование представляет собой лишь соблазн и переговоры, что объясняет все возрастающие трудности родителей и педагогов: об этом говорит анализ социолога Луи Русселя ⁵. Односторонние решения родителей, критикуемые за произвол, заменены переговорами на равных. В школе и дома уважение к авторитету заменяется взаимоуважением. С детьми заключаются «краткосрочные сделки» по типу «конфетки за отметки». Телевидение и компьютер способствуют незаметному исчезновению статуса ребенка, поскольку именно он владеет новыми программами и технологиями. Даже телевизионное преследование, объектом которого является ребенок, дает ему преимущество перед родителями! Пессимист Руссель приходит к выводу, что невозможно прожить настоящее детство в мире, где слишком многие взрослые отказались выполнять роль родителей: родители остаются большими детьми, а дети слишком рано становятся молодыми взрослыми. Родители становятся крепостными стенами, заслоняющими реальность, вместо того чтобы интерпретировать, передавать, адаптировать ее. Желая прежде всего быть любимыми своими детьми, родители становятся зависимыми от них, что приводит к инверсии истинной иерархии поколений. И в конечном итоге положение ребенка-короля приведет к обесцениванию самой идеи детства. «Дети 90-х восстают против отцов 1968-го», — констатирует он. Отсюда рост все более строгих требований к несовершеннолетним. И в заключение те, «кто были сторонниками ребенка-короля, требуют посадить принца в тюрьму».

⁵ Louis Roussel, L 'Enfance oubliee, Editions Odile Jacob, 2001. См. также критический анализ Жюльена Дамона в Futuribles, № 276, июнь 2002 года.