Отстающие кибершколы

цироваться от того, что они на нем видят. Но технологии представляют собой лучший из инструментов, если они вписываются в саму миссию школы, то есть позволяют детям нащупывать, сопоставлять информацию либо осмысливать ее критически. В противоположность преподавателю, который подчас может выйти из себя, вспылив из-за нерадивости на ученика, делающего ошибку за ошибкой, компьютер терпит ошибки и предлагает лекарства. Он соблюдает эту процедуру нащупывания, в которой у преподавателя есть соблазн проявить свое превосходство».

Новые средства позволяют также оказать помощь в «борьбе против скуки», над которой школа все больше и больше размышляет. Большинство учителей и в самом деле сталкиваются с недостаточным интересом учащихся, ставшим одной из причин школьного насилия. Конечно, школьная скука вовсе не новый феномен: министр национального образования признается, что «смертельно скучал в школе», считая, что 80% его товарищей по лицею-интернату, откуда он ушел, чтобы закончить школу заочно, «скучали, как сонные мухи». Но эта всегда существовавшая скука еще больше возросла у детей поколения телевидения и видеоигр и приняла более тревожные формы. «Ученики научились скучать вежливо. Перемена состоит в том, что сегодня они выражают отсутствие интереса далеко не на том языке, который мог бы быть принят в школе; он стал вызывающим», — объясняет Филипп Мерье. Они слушают плеер, красятся, листают журналы посреди урока. В чем же причина этого отсутствия интереса? «Мы столкнулись лицом к лицу с детьми дистанционного управления, мыши и джойстика. Они терпеть не могут бездействия». Таким образом, школа становится местом, где нужно согласиться с тем, что ты теряешь время, чтобы понимать и узнавать. «Школа — это медленное время, в противоположность заппингу, и это делает скуку неизбежной»⁸, — утверждает

Le Monde, см. выше.