Скорбный путь

В сентябре 1976 года я участвовал в семинаре по этой тематике вместе с физиками Сирагом и Сарфатти, психологом Джин Миллэй и математиком Майклом Моли.

Демонстрируемая на семинаре аппаратура контроля за физиологическим состоянием организма, показывала, как гар­монизировать электромагнитые волны человеческого мозга. Наша компания решила провести этот эксперимент на себе. Когда мы одновременно вошли в альфа-транс, я мгновенно почувствовал то состояние, в котором я оказывался всякий раз, когда неожиданно включалось мое сверхчувственное восприя­тие. Мне стало интересно, получу ли я какое-нибудь озарение,

и мгновенно «услышал» в ответ, что мой сын, Грэхем, скоро умрет.

Любой человек, который занимается парапсихологией, в конце концов с некоторой тревогой понимает, что в любой момент может получить такого рода экстрасенсорное пре­дупреждение. При помощи методов Кроули я вошел в высшее энергетическое состояние и преодолел страх и тревогу.

Я суеверно ощущал, что окончательно становлюсь плен­ником собственной доверчивости, жертвами которой пали многие оккультные исследователи. В течение последующих недель я начал выполнять ряд ритуалов защиты Грэхема. Из теории магии я знал, что это могло лишь слегка отвести беду, поэтому я одновременно выполнял ритуалы, защищающие ос­тальных членов моей семьи.

Я также молился, впервые за всю мою взрослую жизнь, чтобы у меня были силы это пережить, если мне не удастся предотвратить беду.

Второго октября Люна — та самая, которая, возможно, левитировала и несомненно многому меня научила в области остановки кармического колеса, — вошла в мою комнату, когда я работал, и попросила порекомендовать ей роман, с критическим обзором которого она могла бы выступить на уроке. Пока мы это обсуждали, во мне вдруг что-то дрогнуло и я ей сказал: «Я страшно был занят все эти дни и мы едва разговаривали друг с другом. Надеюсь, ты знаешь, что я тебя люблю». Она улыбнулась мне своей очаровательной луче­зарной улыбкой и сказала: «Конечно, знаю».Это был наш последний разговор, и я всегда буду с благодарностью вспоми­нать порыв, побудивший меня сказать ей в последний раз, как сильно я ее люблю. Третьего октября Люна была забита до смерти во время ночного ограбления универмага, в котором она работала после школы.

Я дремал (хотя мне совсем не свойственно спать днем), когда к дверям нашего дома подошел офицер Батлер, поли­цейский из Беркли, и позвал мою жену и меня. Обычно я никогда днем не сплю, поэтому мне показалось, что мое под­сознание, возможно, все знало и готовило меня к этому, дав мне дополнительный отдых.