На Самом Деле, а не в Теории

Первые чартисты описывали, что они наблюдали на рынке, и исследовали инструменты, которые, как они полагали, позволят прогнозировать поведение рынка. Но они не были учеными и не разрабатывали теории.

Наука — это не только то, что кто-то порой утверждает. Она живет согласно нескольким основным принципам, которые можно сформулировать приблизительно следующим образом:

наука, если это вообще возможно, основывается на систематическом наблюдении/измерении реальных событий..;

хорошо установленный способ может быть использован и другими учеными;

если вы полагаете, что можете объяснить причины такого наблюдения/измерения, значит, вы обладаете «гипотезой»;

вам следует проверить гипотезу, попробовав доказать, что она на самом деле неверна. Эти попытки не должны увенчаться успехом;

несколько гипотез зачастую вместе создают основу для «теории»;

которая, опять-таки, часто побуждает к развитию новой гипотезы;

теория также может стать основой для создания действующих «моделей»;

если гипотеза или теория полностью приемлема для всех ситуаций в пределах своей тематической области, она становится «законом».

У первых чартистов, если честно, с этим не было проблем. Тогда предпринималось мало попыток объяснить (если вообще они предпринимались), почему эти «теории» и «законы» будут работать, или насколько они подходят друг другу. Однако большинство чартистов, кажется, подметили одну особенность: то, чем они занимаются, имеет нечто общее с психологией. Джеральд Лоеб сказал:

«Самый важный и единственный фактор в формировании рынков ценных бумаг — человеческая психология».