И вот так получалось, что помощи ему ждать неоткуда, а без неё Артёму грозит срок. Он уже знал, что его соседи по камере успели накатать на него заявление и обвинить в избиении. Они, кажется, даже рискнули утверждать, что Тёма сделал это только чтобы развлечься. Типа сидели бедные тихие мальчики в парке, спокойно пили пиво, и тут нарисовался грозный Жарков и решил покрасоваться перед своей кралей. Их показания удивительным образом совпадали, но сами по себе пока практически ничем ему не грозили. Ведь по сути это было обычной дракой, причём не особо примечательной. Но было во всей этой истории одно большое “НО”… И это “но” заключалось в том, что двое их подельников на момент приезда скорой находились в бессознательном состоянии и пока неизвестно, чем эта драка обернулась для них. И даже скромных знаний Артёма в области уголовного права хватило, чтобы понять всю масштабность катастрофы. Он точно не помнил формулировку статьи, - там, кажется, говорилось о “нанесение вреда здоровью” и было что-то про тяжкие телесные повреждения. Но вот срок в ней светил вполне реальный и точно не маленький.
Когда в коридоре звякнула массивная железная дверь, он как раз размышлял о том, что можно сделать в этой ситуации. Арт лихорадочно пытался найти хоть маленькую лазейку, чтобы выпутаться, но увидев вошедшего в помещение капитана Сергеева, снова поник. Ещё с прошлых визитов Жаркова в это отделение у них сложились не самые приятные взаимоотношения. И то, что задержание Артёма выпало именно на его смену, только сильнее усложняло положение. Не ожидая от прихода капитана ничего хорошего, он снова устало прикрыл глаза.
- Тём… - тихо позвала Алина, остановившись по ту сторону массивной решётки. Её голос звучал хрипло и как-то сдавленно, а на глазах снова сами сбой стали наворачиваться предательские, непрошенные слёзы отчаяния.
Он мгновенно повернулся на звук и так и застыл. Арт смотрел в глаза девушке и не мог сказать ни слова. Она плакала, и снова из-за него. Вот только в этот раз в её взгляде светилась какая-то холодная решимость, от вида которой Артёму чуть ли ни впервые в жизни стало стыдно за самого себя. Мало того, что он подверг хорошую девочку опасности… и, что по его вине она попала в отделение полиции. Так ведь, несмотря на всё это Алина сейчас стояла перед ним, пусть и заплаканная, но такая решительная и уверенная, что ей могла позавидовать и гранитная скала.
Она осторожно протянула руку через прутья решётки, желая дотронуться до Тёмы, но в какой-то момент остановилась. Ей вдруг показалось, что это всё неправильно, и он может расценить такой жест как проявление жалости. Но тот неожиданно подвинулся ближе, поймал её протянутую ладонь и прислонил к своей щеке. Он до сих пор не сказал ей ни слова, но этот жест попросту сразил её наповал. Глаза снова наполнились слезами и, не сдержавшись, она пару раз тихо шмыгнула носом.
- Я написала на них заявление, - быстро прошептала она. - Капитан сказал, если мне удастся найти свидетелей - тебя отпустят. Я не верю, что никто ничего не видел. Переверну этот чёртов парк и все окрестности, но найду их. Найду, слышишь!
Он бы и рад был сказать, чтобы она не переживала и не волновалась. Что он сам справится и уже утром благополучно окажется на свободе, но… не мог. Сейчас предложение Алины было для него чуть ли ни единственным шансом не оказаться за решёткой. Именно поэтому Тёме пришлось засунуть куда подальше собственную гордость и покорно принять от неё эту помощь.
Он молчал и просто смотрел на неё, а девушка продолжала:
- Ты из-за меня здесь, - тихо говорила она, всеми силами стараясь взять себя в руки. - Это я виновата во всём! Я и больше никто. Не нужно было вообще связываться с этими гопниками и предлагать им премию из своего кармана. Знала же, что добром это не кончится. И теперь вот… всё так, - она вздохнула, пытаясь справится со слезами. - Прости меня. Я знаю, что у тебя вечно из-за меня неприятности. Прости… Я всё исправлю. Обещаю!
От этих её слов, у него перехватило дыхание. Вот уж правда, нашли друг друга два одиночества. Теперь абсурд дошёл до того, что он обвиняет во всём себя, она - себя, а эти парни из парка вообще вроде как не причём. Арт сильнее сжал ладонь девушки и уже собирался ответить, что она не права, но именно в этот момент к решётке подошёл капитан и абсолютно равнодушно сказал лишь одно слово: “Всё”.
Аля повернулась к мужчине и послушно кивнула, Артём же понял всё без лишних объяснений. Он нехотя отпустил её руку, ощущая при этом, будто у него отобрали нечто очень дорогое и важное. Она попыталась ободряюще ему улыбнуться, но с полными слёз глазами это выглядело не убедительно. Тёма тоже попробовал натянуть на лицо улыбку. Но она мгновенно испарилась, как только его голову пронзила одна совершенно нежелательная мысль.
- Алина, - позвал вдруг Арт. Она уже почти дошла до двери, но услышав его голос, остановилась.
Девушка тут же попыталась вернуться назад, но наткнувшись на хмурый взгляд Игоря Ивановича, вынуждена была отказаться от этой идеи. Тогда-то Тёма и решил, что придётся говорить вот так, громко и при куче свидетелей. Да только выбора у него уже не было.
- Не сообщай ничего Виталику. Он не должен узнать о том, что у меня неприятности. Это всё ещё больше усложнит, - выдал он уверенным тоном.
- Но Тём… - попыталась возразить Аля, но Жарков не дал ей такой возможности.
- Обещай мне, - практически потребовал Артём, поднявшись со своего места.
Он смотрел ей в глаза, пытаясь одним взглядом объяснить, что это всё действительно для него важно. И спустя долгие секунды она вынуждена была согласиться. Хоть и не понимала причин.
Когда Алина ушла, он снова прикрыл глаза и откинулся назад. Как ни странно, но после визита девушки Арт вдруг понял, что просто обязан бороться за себя и свою свободу. И дело было даже не в том, что слова Алина дали ему надежду. По сути, вероятность её успеха была очень призрачной. Просто увидев перед собой эту девушку… такую гордую и такую сильную, которая не побрезговала прийти к нему, просунуть руку в эту грязную камеру… которой было не наплевать на его судьбу, он понял, что не имеет права сдаться. Теперь он был просто обязан выпутаться из этой ситуации. Любыми путями!
Но подумать ему не дали теперь уже стражи порядка. Вскоре после ухода Алины пришла его очередь давать показания, и Тёма даже не удивился, обнаружив в кабинете того самого капитана Сергеева. Он встретил хмурого сосредоточенного Жаркова холодным взглядом и тут же приступил к допросу.
Рассказ Тёма решил начать с того момента, когда Коля с Арнольдом пытались вымогать деньги у его девушки. Игорь Иванович внимательно слушал, молодой лейтенант старательно записывал, и вроде всё было как обычно, за исключением разве что того, как вёл себя Жарков.
Капитана искренне удивили сговорчивость и спокойствие Артёма. Это было совершенно не похоже на все его пришлые визиты в их отделение. Раньше, стоило ему попасть в руки правоохранительных органов, он стразу же начинал причитать, что они все об этом пожалеют, расточал угрозы и бежал звонить папочке. А сегодня мало того, что спокойно шёл на контакт, так ещё и до сих пор даже не заикнулся о своих связях.
Когда основной рассказ был закончен, Арт всё же попросил у капитала разрешения воспользоваться правом на звонок.
- А я уж было подумал, что ты заболел! - сказал тот с усмешкой. - Попросишь папочку, чтобы тебя забрал?!
- Нет, - Артём встретил его насмешливый взгляд с совершенно серьёзным лицом. - У меня завтра очень важное мероприятие, в котором я должен был принять участие. А теперь… - он замялся, не решаясь говорить вслух то, что все присутствующие и так отлично понимали. - В общем, мне нужно сказать напарнику, чтобы выставлялся один и не ждал меня.
Капитан даже не пытался скрыть своего удивления. Раньше слова “Жарков” и “ответственность” казались ему совершенно несовместимыми, и что же теперь?! Вместо того, чтобы звонить родителям и просить помощи, он беспокоится о том, что может подставить друга?!
Игорь Иванович протянул Артёму его мобильный и с любопытством уставился на парня. Он никак не мог поверить в правдивость намерений молодого Жаркова. Но когда Арт действительно набрал Мишу, и коротко рассказал тому, где и как можно забрать готовую картину, капитану всё ж пришлось признать свою неправоту. Он внимательно слушал разговор, напрочь позабыв о тактичности. Да и о какой вежливости могла идти речь, когда дело касалось преступника. Путь даже пока потенциального. А когда Жарков уже второй раз за этот вечер озвучил собеседнику в трубке свою просьбу ни в коем случае ничего не сообщать о случившемся Виталику, суровая отрешённость Игоря Ивановича дала трещину, уступив место любопытству.
Стоило Тёме закончить разговор, как озадаченный капитан не сдержался:
- А скажи-ка мне, как старому знакомому, - начал он, откидываясь на спинку кресла. - С чего вдруг ты не хочешь, чтобы родственники знали о твоём задержании?
Тёма поднял на него хмурый серьёзный взгляд.
- Вас это так волнует? - спросил парень.
- Скажем так… Мне просто любопытно.
- Тогда отвечу, - согласился Арт, решая вдруг, что с капитаном нужно непременно подружиться. Любым доступным способом. - Они не станут меня вытаскивать отсюда. Можно сказать, что мне дали последний шанс, и я его упустил.
- Значит, ты утверждаешь, что из-за этой истории от тебя откажется собственная семья?! - капитан сам не верил своим словам. Для него было дико подобное положение вещей. Ведь, как ни крути, Артём не был уголовником. Ну, драчун… ну, вспыльчивый и нахальный. Но он совсем не тот, кого следует держать в изоляции.
Сейчас перед ним сидел спокойный взрослый парень из хорошей богатой семьи, и утверждал, что ввязался в драку, только чтобы защитить свою девушку. И даже несмотря на показания двоих других участников этой потасовки, Игорь Иванович был склонен верить именно Жаркову.
На вопрос капитана, Тёма ответил коротким кивком и поспешил отвести взгляд.
- Ты хоть понимаешь, что с тобой будет, если у тех, что сейчас в больнице окажутся серьёзные травмы?! - выдал капитан, повышая голос. Тёма снова качнул головой в знак согласия. Он действительно отлично осознавал, как может развернуться это дело.
- Из тех двоих, я знаком с одним - Арнольдом, - начал Арт. - Он неплохой парень и в драке участие не принимал. Ему, можно сказать, случайно прилетело.
- Да, твоя Алина утверждает, что это она его… бутылкой, - капитан усмехнулся. - Подумать только, такая хрупкая девушка уложила здоровенного бугая с одного удара!
- Да, она у меня такая… смелая, - проговорил Тёма. От одного упоминания Али у него на душе мгновенно потеплело. Будто сейчас, она была для него единственным лучом солнца во мраке обстоятельств.
- Цени девочку. Не удивлюсь, если она действительно отыщет свидетелей. Хоть это всё равно, что искать иголку в стогу сена.
- Я тоже не верю в то, что у неё получится. Поэтому и заговорил про Арнольда, - Арт понял, что в коем-то веке капитан Сергеев на его стороне. Теперь ему нужно было постараться выжать из этого максимум пользы и не потерять при этом его расположения.
- И что ты хочешь этим сказать? - Игорь Иванович явно заинтересовался.
- Арнольд - нормальный парень, и я больше чем уверен, что он не станет выдвигать обвинения. Но и против своих дружков пойти не согласится. Скорее всего, он просто откажется от дачи показаний. Скажет, что ничего не видел, или что-то типа того. Я мог бы поговорить с ним, и попросить его помочь нам. Думаю, он сможет уговорить своего товарища по больнице не писать заявление. Конфликт был между мной и Николаем… я не знаю его фамилии.
- Зотов, - подсказал сидящий за соседним столом лейтенант.
- Я запомню, - кивнул ему Тёма и снова повернулся к капитану. - Так вот, я уже рассказал вам, что всё это махание кулаками фактически являлось местью Зотова, за то, что якобы я унизил его, когда заступился за Алину пару дней назад. А вот его дружкам все эти проблемы ни к чему. Они бы и рады вообще не связываться ни с вами, ни со мной. Но для того, чтобы всё решилось по максимуму мирно, мне нужно встретиться с Арнольдом. Желательно в неформальной обстановке.
- Ты что, предлагаешь мне выпустить тебя?! - капитан усмехнулся, узнавая Жарковскую наглость. Ему даже стало интересно, что же тот предложит взамен?
- Да, - отозвался Тёма, совершенно серьёзно. - Мне-то и нужно всего час… или два. И я вернусь. Обещаю.
- И ты думаешь, я соглашусь?! - было понятно, что капитан не собирается воспринимать его всерьёз.
- Можете за это припахать меня к каким-нибудь общественным работам, - предложил Арт, пожав плечами. - Я, кстати, рисую неплохо. Многие считаю, что у меня талант. Могу вам какую-нибудь стенгазету накалякать, или плакат сделать. На крайняк, покрасить что-нибудь. Недавно выяснилось, что это у меня тоже хорошо получается.
В лице Игоря Ивановича промелькнул интерес. Он на секунду задумался, а потом достал из стола фотографию и протянул Жаркову.
- За сколько успеешь сделать карандашный портрет? - спросил капитан, ожидая что при такой постановке вопроса, этот выскочка быстро сдаст заднюю. Но Арт лишь усмехнулся, мысленно поздравляя себя с первой победой.
- Час, - уверенно ответил он, рассматривая фото. На нём оказалась запечатлена довольно симпатичная блондинка лет двадцати на вид. - Ваша дочь?
- Именно. У неё завтра день рождения, а я до сих пор не придумал ей подарок. Она у меня любит всякий эксклюзив. Такую, как моя Маша обычными духами или чем-то подобным не обманешь.
- Понимаю. И если дадите мне бумагу и карандаш, я могу приступить уже сейчас.
- Хорошо, - согласился капитан. Он всё ещё не верил, что у этого выскочки действительно получится, но решил рискнуть. В конце концов, он может обеспечить этому парню конвой, который проводит его в больницу. Почему бы и нет?! В этом нет прямого нарушения правил. А Артём может спасти собственную шкуру. Хотя в любом случае нужно дождаться сообщения о состоянии пострадавших. А для этого необходимо чтобы сначала наступило утро.
***
Когда Алина постучалась в железную дверь гаража, было уже далеко за полночь. Она знала, что её родитель до сих пор здесь. Он же сказал, что дождётся их, в любом случае, и девушка просто не смогла проигнорировать такое заявление отца. Наверно было бы гораздо проще позвонить и объяснить ему всё по телефону. Соврать, в конце концов. Но она решила, что лучше рассказать правду, причём сделать это лично.
Когда Андрей Сергеевич увидел на пороге заплаканную дочь, его накрыло такой волной неконтролируемого страха, что он едва удержался на месте. Пришлось спешно брать себя в руки и заталкивать её внутрь. Он видел, что Алю трясёт, именно поэтому решил пока отложить все вопросы. Сначала нужно было привести её в нормальное состояние, а потом уже интересоваться причинами.
Алина покорно последовала за отцом. Он усадил её на диван, извлёк из шкафчика початую бутылку коньяка, плеснул в чашку и протянул дочери. Она не стала отказываться, прекрасно понимая, что ей просто необходимо успокоиться. А этот напиток оказался сейчас очень к месту.
Алина была благодарна отцу, что он не кричал и не требовал объяснений. Он дал ей возможность спокойно прийти в себя, уже догадавшись, что произошло нечто из ряда вон выходящее. Но когда Аля, наконец, рассказала ему обо всём, что сегодня случилось, как-то даже не сразу поверил. Тем не менее, Андрей Сергеевич спокойно выслушал дочь, и даже вызвался помочь с поиском свидетелей. Девушка порывалась начать прямо сейчас, и ему стоило больших трудов убедить её во всей бессмысленности такого поиска в ночное время. В итоге, ему удалось даже отвести её домой и проследить, чтобы та легла спать. Пришлось пообещать, что они начнут действовать, сразу же, как взойдёт солнце, и только на таких условиях Аля согласилась немного отдохнуть.
Она долго ворочалась в кровати, всё время возвращаясь мыслями к Артёму и камере. Ей казалось несправедливым, что он сейчас мучается там, а она комфортно лежит в своей постели. Особенно если учитывать тот факт, что именно она во всём виновата.
Да, не зря он говорил Алине, что она приносит ему одни проблемы. За то время, что они знакомы, Аля уже успела столько раз втянуть его в неприятности, что было странно, как он до сих пор от неё не сбежал. Сначала Горышев, потом неожиданно приехавшие хозяева практически заброшенного дома, затем история с геем, конфликт с Колей и теперь вот… драка.
Девушка зажмурилась и с силой сжала кулаки. Это она сейчас должна сидеть за решёткой, а не Артём! Это из-за неё у него сейчас такие неприятности!
Но день действительно оказался слишком сложным и эмоциональным. Наверно, именно поэтому, несмотря на все эти грустные мысли, она довольно быстро провалилась в сон.
Сам же Андрей Сергеевич вернулся в гараж и ещё долго сидел в своём любимом кресле и думал. Он не понимал, чего Алина так переживает. Судя по мотоциклу, который стоил чуть больше миллиона, у этого её Артёма нет проблемы с деньгами. А значит, мальчик в любом случае отмажется. Если не сам, то уж родители своё несчастное чадо точно не бросят. Но коль пообещал дочери отправится утром на бессмысленные поиски, значит так тому и быть. Хотя он тоже сильно сомневался, что из этого хоть что-то выйдет.
Как только на горизонте появились первые признаки рассвета, отец и дочь Ростовские наскоро позавтракали и выдвинулись в парк. Проходя мимо злополучной лавочки, Аля невольно поёжилась. А когда увидела на плитке пятна крови, и вовсе поспешила поскорее пройти это место. Она прекрасно помнила и саму драку, и тот страх, что испытывала, наблюдая за этой бойней. Нет, ей и раньше приходилось видеть подобное, но вчера в этом кошмаре участвовал Артём. Её Артём. И это было страшно.
Пока Алина предавалась воспоминаниям прошедшего вечера, Андрей Сергеевич успел пообщаться с двумя соседями по дому, которые в это время выгуливали на лужайке своих питомцев. Кстати говоря, сейчас здесь было довольно много тех, кто прогуливался с собаками. А значит, кто-то из них мог быть здесь и вчера вечером.
Народу всё прибавлялось и прибавлялось. Кто-то вышел на утреннюю пробежку, кто-то спешил на работу. Попадались и простые прохожие. Приставать с расспросами ко всем подряд не было ни сил, ни времени. И тогда Андрей Сергеевич предложил ограничиться кругом знакомых, то есть тех, кто так или иначе проживал поблизости и не раз попадался им на глаза.
Спустя час бессмысленного скитания по парку, Аля начала медленно скатываться в бездну отчаяния. К кому бы она ни обращалась, все упорно утверждали, что ничегошеньки не видели и не знают. Хотя многие реагировали не однозначно. Стоило девушке заговорить про драку, как приветливое выражение лица её собеседника мгновенно сменялось маской полнейшего безразличия и неожиданно появлялись срочные дела. Люди не желали впутываться в это дело. Никто не хотел помогать, всем было неохота связываться с полицией. И вообще, они считали, что это не их дело, и не собирались никому ничего рассказывать.
Аля бесилась. Она видела по глазам некоторых их этих людей, что они знают о драке и, возможно даже были её свидетелями. Но всё равно ничего не скажут. Им всем плевать, что из-за их молчания может рухнуть жизнь хорошего человека, который просто защищал свою девушку…
Не в силах спокойно воспринимать полнейшее человеческое безразличие, она уселась на бордюр одной из центральных аллей и спрятала лицо на коленях. Хотелось кричать. Хотелось высказать всем этим людям, что она о них думает. Но ещё больше Аля мечтала, что сейчас… вот через минутку, к ней подойдёт какой-нибудь мужчина и скажет, что он всё видел и готов об этом рассказать. Да только время шло, а “хорошего дяденьки” так и не появилось.
Алина зажмурилась, отчаянно борясь с подступившими слезами. Головой она отчётливо понимала, что в них нет никакого смысла, но с каждой секундой ей было всё сложнее сдерживаться. Но сейчас не врем для истерики. Ведь это не она сейчас сидит в душной камере, и не ей грозит провести ближайшие несколько лет за решёткой.
Отвесив себе парочку мысленных пощёчин, и добавив одну в реале, Алина поднялась на ноги и быстрым шагом направилась на поиски отца. Они разделились примерно час назад, чтобы успеть опросить максимальное количество людей. И сейчас у девушки оставалась единственная надежда, что хотя бы папа смог кого-нибудь разговорить.
Андрей Сергеевич обнаружился быстро. Он сидел на той самой лавочке, которую любили занимать Коля и его компания, и мило беседовал с Кларой Филипповной - их соседкой по подъезду. В первые мгновения Аля даже разозлилась на отца. Получается, пока она, как бешенная, металась от прохожего к прохожему, он прохлаждался в теньке, занимая себя болтовнёй с милой старушкой. Но подходя ближе, девушка заметила вьющуюся у ног соседки мелкую собачонку. Этакую странную смесь болонки, таксы и дворняги. Сей странный экземпляр имел ярко рыжий окрас, и так противно тявкал, что Аля невольно поморщилась. И тут вдруг в её памяти всплыл один примечательный момент. Вчера, когда они с Тёмой проезжали по парку, ей под колёса прыгала похожая шавка… да и голосок судя по всему тот.
Аля решительно двинулась к нужной лавочке, с твёрдым намерением вытянуть из этой дамы правду. Но и этого делать не пришлось. Как оказалось, Клара Филипповна на самом деле видела драку, и даже слышала обрывки разговора.
Она как раз гуляла со своим рыжим пёсиком Бантиком, когда мимо промчались два велосипедиста, в одном из которых женщина узнала дочь своих соседей. Она видела, что этих двоих остановили, пьяные представители местной шантропы и попытались отобрать велосипеды… Видела, как завязалась драка. И так как её путь домой лежал как раз через аллею, где сидели “эти срамные мужики”, она решила подождать пока перепалка закончится. Было уже темно, а свет фонарей оставлял нужное место неосвещённым, поэтому женщина не видела подробностей. Зато прекрасно слышала, и звуки оттуда доносились такие, что у бедной старушки от страха чуть сердце ни прихватило. Недолго думая, она поспешила к главным воротам парка, где часто дежурили сотрудники полиции.
Женщина не стала ждать, чем всё это закончится, и сообщив о происшествии, отправилась домой. Правда предпочла идти более долгой дорогой, зато с работающим освещением и без подозрительных личностей.
Аля не могла поверить в свою удачу. Она слушала женщину с такой счастливой улыбкой, от которой в конце концов начало сводить скулы. Девушка не могла поверить в собственную удачу… Она уже представила, как приведёт столь ценного свидетеля капитану Сергееву, как тот признает, что был не прав, и тут же выпустит Артёма на свободу. Как счастливый Жарков поднимет её на руки и будет кружить… кружить…
- В полицию?! Нет. Нет. Что вы?! Я никуда не пойду. Ещё не хватало мне на старости лет по таким местам разгуливать!
Погрузившись в свои счастливые мысли, Аля пропустила тот момент, когда её отец попросил соседку рассказать то же самое в отделении. Но та оказалась настолько возмущена такой просьбой, что тут же поднялась с лавочки.
Но Аля не собиралась упускать этот шанс. Она не имела на это право, ведь на карте стояла свобода Артёма.
- Клара Филиповна! - выпалила девушка, преграждая дорогу старушке. - Прошу, помогите нам! Он меня защищал, а эти… гады, всю вину на него свалили. Их больше. Им верят, а нам нет. Без ваших показаний хорошего человека могут осудить ни за что. Пожалуйста…
- Девочка, ну пойми же ты. Я уже старая, чтобы по милициям шляться, - не сдавалась старушка. И пусть её немало впечатлила речь молодой соседки, но и уступать она не собиралась. Нет, мальчика, конечно, было жалко, но не настолько, чтобы ради него пропускать свой любимый сериал и оставлять Бантика дома одного.
- А если они сами к вам придут?! Поможете?! - выдала Аля очередную свою мысль. И пусть она была совсем не уверена, что Игорь Иванович согласится отправить кого-нибудь к этой упёртой даме, но другого выхода не видела.
Женщина немного помолчала, обдумывая озвученное предложение. Она видела, что девочка взволнованна, и что для неё очень важен этот парень.
“Молодые… Влюблённые…” - подумала она с улыбкой. А мысли её на мгновение вернулись в дни собственной юности.
- Хорошо, - наконец, выдала Клара Филипповна. - Пусть приходят. Я всё расскажу.
И в это момент Аля окончательно поверила, что всё у неё получится.
Глава 18.
Вопреки предположениям Алины это утро Артём встретил далеко не в камере. Ему всё-таки удалось заинтересовать капитана Сергеева, и тот продержал парня в своём кабинете почти всю ночь. Так Арт сначала нарисовал карандашный портрет его дочери. Затем жены. Потом Игорь Иванович поинтересовался, сможет ли Жарков сделать то же самое в цвете, и когда Тёма ответил согласием, ему быстро наши все необходимые принадлежности. Арт даже удивился, ведь достать всё это среди ночи было довольно проблематично. Но говорить ничего не стал.
Он рисовал увлечённо, искренне и будто вкладывал в свои работы часть собственной души, и всё это настолько впечатлило бедного капитана, что он был готов тут же снять с него все обвинения. Ну разве может такой талантливы художник быть преступником?! А Артём ещё и собеседником оказался приятным. Вот только Игорь Иванович никак не мог понять, с чего вдруг в этом смазливом мажоре произошли такие разительные перемены. Головой он что ли ударился. Если да, то пусть покажет, где и обо что. Может, стоит всех хулиганов туда водить?! А вдруг исправятся?!
Итогом ночи для Арта стало четыре портрета, уйма услышанных от капитана историй и… выторгованная возможность покинуть отделение. Но в конечном счёте и эта договорённость оказалась ненужной.
Около семи часов утра дежурившие в больнице сотрудники сообщили, что оба пострадавших пришли в себя и находятся в довольно сносном состоянии. У одного обнаружилось лёгкое сотрясение мозга, и то больше от неудачного падения, чем от удара бутылкой по голове. У второго же оказалась сломана челюсть. Но ни один из них не изъявил желания официально заявлять о нападении.
Сразу после поступления этой информации капитану позвонила Алина и сообщила, что нашла свидетеля, готового дать показания. И таким образом к девяти утра все обвинения с Жаркова были сняты окончательно. А вот Николаю, как зачинщику, теперь грозило полноценное разбирательство.
Когда стало ясно, что этот кошмар подходит к концу, Аля даже попыталась забрать своё заявление, в котором она обвиняла во всём Колю. Но Игорь Иванович её отговорил.
- Поверь, это не тот случай, когда уместна жалость и всепрощение, - сказал он ей. - Этот ваш Зотов… давно уже у меня на карандаше. Думаю, условный срок научит его сдержанности. Ведь иначе всё может зайти слишком далеко.
- Но мне бы не хотелось, чтобы у него были такие проблемы из-за меня, - настаивала на своём девушка.
- У него и без тебя проблем хватает. Но если хочешь, можешь хоть сейчас забрать заявление. Это твоё право. Вот только у меня есть показания этой твоей старушки… Она кстати много чего ещё наговорила про наших “молодцов”. Так что твои действия уже никакой весомой роли не сыграют.
В словах капитана была своя доля истины, и девушка приняла решение прислушаться к его мнению. В конце концов, ещё неизвестно чем бы закончилась вчерашняя драка, если бы на месте Артёма оказался кто-то другой. Хотя где-то в глубине души Аля понимала, что не будь с ней Арта - никакой драки не было бы вообще. Всё бы решилось тихо, мирно, но уж точно не в её пользу.
И вроде бы всё закончилось, и самое время вспомнить, что кое-кому давно пора быть на работе, что по случаю открытия фестиваля некоторых ждёт ещё куча незаконченных дел, а от того, как пройдёт это мероприятие зависит судьба чьей-то карьеры, но… Аля просто не могла уехать, не дождавшись Артёма. Сейчас ей было наплевать на всё, кроме него. Именно поэтому, предупредив Наталью, что вынуждена задержаться, Алина расположилась в теньке напротив входа в отделение и стала ждать.
***
- Вот уж не думал, что такой как ты способен так шикарно рисовать.
Артём отвернулся от окна и вопросительно посмотрел на капитана. Тот сидел за своим столом и задумчиво перебирал портреты женщин своей семьи.
- Такой как я? - уточнил Арт. Игорь Иванович оторвался от рисунков и взглянул на парня, явно не понимая, что именно тому не понятно. Пришлось Тёме уточнять: - И чего же во мне такого особенного?
На лице капитана отразилось явное недоумение, но видя, что Жарков действительно не понимает, он всё же решил объяснить.
- Хочешь сказать, что ты у нас самый обычный парень? Учишься, работаешь, строишь долгоиграющие планы на будущее? - начал Сергеев, ироничным тоном. - Нет. Ты не такой. Подобные парни не попадают к нам. А если такое и случается, то уж точно не настолько часто. У них другие приоритеты, занятия, интересы.
- Это нормально. Все люди разные и у каждого своя жизнь, - парировал Тёма.
- Ты прав, вот только не у всех отец - олигарх. И не все тратят за вечер несколько месячных зарплат рядового работника, не имея ни малейшего представления о том, как эти деньги зарабатывать.
- Хотите сказать, что я мажор, - утвердительно выдал Жарков. Он упрямо вскинул голову, а в его глазах, впервые за утро сверкнул лёд. Артём сам не понимал, почему его так раздражает это определение, ведь раньше он и сам себя так называл.
- Да, - согласился мужчина в кресле напротив. - Такие люди прожигают жизнь, разрушают её. И тут выясняется, что ты художник, - он покачал головой. - Ты уж прости, но я ещё не встречал, чтобы мажорные детки увлекались рисованием. Я имею в виду те, кто попадал к нам.
