Он открыл бутылку и разлил вино в фужеры.

- Ты пробовала вино раньше?

- Нет.

- Интересненько…

С Соней у них была куча своих «традиционных» тостов. Но какой тост сказать Вере? Пока он думал, Вера сказала просто:

- Давай за сегодняшний вечер.

Они выпили – у нее появилось слегка тяжкое выражение на лице.

- Не нравится? – спросил он.

- Не могу сказать. Наверняка, что-то в этом есть. Пока не чувствую… удовольствия.

В течение вечера она допила свой стакан; смех ее стал громче и чаще – наверно, она опьянела слегка, подумал он. Ему хотелось пить – вино было с интенсивным ароматом, «жирное», сладкое, с невысокой кислотностью, дающее ощущение бархата в горле. Выпить знатного вина и выкурить сигарету-другую (или, чего греха таить, сигару) было, пожалуй, одним из любимых гастрономических удовольствий – и он выпил больше половины бутылки к концу фильма. В перерывах между порциями он – с ее разрешения – курил (отойдя к раскрытому балкону) и щелкал, как и она, Сонины орешки. Он ощутил, что Соня с ее строгой безупречностью осталась в прошлом уже навсегда, воспоминания о ней больше никогда не будет его тяготить; теперь ей это не удастся. Это было прекрасное чувство радостного облегчения и спокойствия. В голове, в теле – везде разливалось тепло-горячее ощущение приятной разбитости. Началось легкое, расслабленное чувство «качания» - даже если ты сидишь ровно и вид у тебя нормальный. До этого они укрыли ноги пледом; фильм кончился; она стала щелкать по каналам мультфильмов. Его стало одолевать желание устроиться в более удобном положении.

- Ты не против, если я прилягу?

Он лег на бок, уютно поджав ноги, укрывшись пледом. Она выключила телевизор, встала, сделав несколько шагов по комнате. Он глянул в окно: уже совсем стемнело. Она тоже посмотрела в окно и задернула штору. В этот вечер она была одета в насыщенно-зеленую блузку, цвет которой отлично сочетался с ее пшеничными волосами, спадающими на спину, серую длиной чуть выше колен юбку и черные колготы, подчеркивающие красивые контуры ее ног. Волосы она собрала заколкой, украшенной – как он заметил – четырьмя фигурками божьих коровок. На блузе была маленькая брошь в виде пары вишенок.

- Ты умная и красивая, - сказал Олег. – Мне нравится быть с тобой.