Заключение.

Подводя итог исторического развития нагрудного креста, можно сказать, что изменение его формы происходило от греческих пропорций, знакомых многим дохристианским на­родам и с помощью древней символики выражавших вселенское значение подвига Христа, к латинским пропорциям, раскры­вающим идею искупительной Жертвы и Победы Спасителя. Руководствуясь символическим значением, можно условно выделить три группы нагрудных крестов.

Первая — древние четырехконечные кресты греческих или близких к ним пропорций без иконографических изображений. Разнообразие их форм задавалось концами креста и средо-крестием, которые и несли основную смысловую нагрузку. Такие кресты служили символом христианства, раскрывая его значение в космическом аспекте. На Руси они были распространены в X ~ XIII веках.

Вторая — кресты с иконографическими сюжетами. Это самая большая группа крестов, существовавшая на всем историческом периоде. Как правило, они имели простую форму, которая к XIV веку приобрела латинские пропорции. В них основное значение передавалось иконографией, начиная от лако­ничных образов Спасителя и Его Распятия, до сложных компо­зиций, раскрывавших догматы Церкви и требующих грамотного толкования. В такого рода крестах главным было показать Распятие как искупительную Жертву Христа. Наибольшее рас­пространение таких крестов на Руси в XIV — XVII веках.

84

Третья — нагрудные кресты без иконографических сюже­тов (без Распятия), но с глубоким символическим содержанием. Они сочетали в себе развитую символику формы древних крестов и литургическое содержание иконографии, передаваемое сло­жившимся кругом изображений и надписей. Отличились внеш­ней красотой и декоративностью, служившей прославлению победы Спасителя. Широко были распространены в XVII — XVIII веках.

Как мы видим, все эти группы крестов сложились до XVIII века, когда сознание русского человека оставалось в основном религиозно-символическим.

В XIX — XX веках все изменения в стиле нагрудных крестов определялись возрастающей секуляризацией сознания и заключались в адаптации древних форм в соответствии с модными художественными стилями, при большом влиянии западного искусства. Обычным результатом этого процесса была потеря чистоты и глубины символического языка, характерного для древних образцов.

Большинство дорогих заказных крестов мало отличалось по стилю от светских ювелирных изделий, так как они обычно изготавливались светскими ювелирами, которым было свой­ственно мирское понимание красоты. На форму и содержание недорогих крестов-тельников повлияли технологические процес­сы массового производства, когда тельники в начале XX века стали широко выпускаться на фабриках (часто иностранных) методом штамповки. В этом случае, когда упрощение древней формы происходило без должного знания и благоговения, свя­щенный смысл креста пропадал, и он превращался в простой конфессиональный знак.

С другой стороны, как ответная реакция на подобные новшества, существовала тенденция почитания всего древнего. Ореолом святости в этом случае обладал любой древний крест, независимо от его содержания. Такой подход был распространен в старообрядческой среде. Правда стоит признать, что в этом была большая польза — благодаря поздним репликам, бережно сделанным старообрядцами со старых образцов, до нас дошли

многие древние формы крестов.

В то же время в начале XX века в России наблюдался духовный подъем. Этот период отмечен высоким уровнем богословской мысли и оживлением философско-богословских исканий. В это время были раскрыты от поздних записей древние иконы, и началось медленное проникновение в их священный смысл. Оживляется церковное художественное творчество, стремящееся соединить высоко духовное содержание визан­тийского и древнерусского искусства с современной эстетикой.

Благодаря усилиям видных коллекционеров и ученых церковных археологов, в конце XIX — начале XX века фор­мируются, изучаются и описываются коллекции предметов церковного искусства, в том числе и нагрудных крестов. Большой вклад в это дело внесли выдающиеся исследователи русского искусства — граф А.С. Уваров, профессора Н.В. Покровский и Н.П. Кондаков, коллекционеры Б.И. и В.Н. Ханенко. Наиболее известные работы этих и других авторов о нагрудных крестах указаны в библиографии в конце книги.

К сожалению, процесс духовного возрождения в России не отразился на массовом сознании народа и был прерван Октя­брьским переворотом.

Сейчас мы снова свободны в своем выборе пути к Богу и хотим продолжить духовные искания наших предков. Часто, пытаясь возродить традиции, мы берем из прошлого, как правило недалекого, то, что лежит на поверхности и более понятно и доступно мирскому уму. Поэтому, если говорить о нагрудных крестах, мы в первую очередь возродили бездушный формализм массового производства тельников, существовавших в начале XX века, и, вдохновляемые не лучшими (с точки зрения правосла­вия) работами ювелиров того же периода, позволили себе изготовлять кресты, как светские ювелирные украшения. Если эти явления понимать, как первый шаг неофита на крестном пути, то возможно это не так уж и плохо, так как любое явленное изображение креста дает духовную пищу уму и сердцу верую­щего. Но необходимы и следующие, осознанные шаги. Нужно изучить и понять святоотеческий духовный опыт и древние тра-

диции церковного искусства, но для того, чтобы, сохраняя духовные ценности в музеях, превратить их в культурное наследие далекого прошлого. Важно, чтобы церковные традиции стали нам внутренне присущи и обрели в нас жизнь и творческое развитие. «Церковь всегда живая и творческая вовсе не ищет защиты старых форм как таковых, не противопоставляя их новым как таковым. Церковное понимание искусства было и есть одно: реализм. Это значит, что Церковь, столп и утверждение истины требует только одного — Истины».¹

Церковное искусство — искусство соборное и обще­народное. Это общее дело не только церковных художников, но и священнослужителей, как духовных наставников и проводни­ков, музейных и научных работников, как хранителей и знатоков русских древностей, и всего народа, который своим духовным и культурным уровнем определяет развитие современного церковного искусства. Но понимание истины и соборное твор­чество невозможны до тех пор, пока все мы сами не станем живыми членами Мистического Тела Христова — Его Церкви.

Только принадлежа Христу и Его Церкви, мы сможем понять Крест Христов и преобразовать в него свой крест. «Ибо, — по словам апостола Павла — слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, — сила Божия»².

¹ П.А. Флоренский. Столп и утверждение истины.

² 1-е посл. Коринфянам ап. Павла 1, 18.

Приложения.