суждениями и сосредоточиться на предложениях. Технически главное в том, что мы сосредоточимся на аргументах функций истинности. Если «5» и «ί» — два предложения, «s или t» является третьим предложением, истинность или ложность которого зависит только от истинности или ложности s и ί. В логике предложения (или суждения) технически понимаются так, как если бы они были «вещами». Но произнесение предложения само по себе является последовательностью звуков, не более интересной, чем последовательность чихания и кашля. Что делает предложение интересным, так это его значимость или, говоря более определенно, его способность выражать мнение и указывать на факты (или же терпеть в этом неудачу). Предложение достигает последнего посредством первого, а первое — посредством значений своих слов, значения которых представляют причинные свойства звуков, приобретенные через механизм условных рефлексов.
Из только что сказанного следует, что отношение предложения к факту, делающее предложение истинным или ложным, является косвенным, опосредованным и пронизывает мнение, выраженное данным предложением. Первично мнение, которое истинно или ложно. (Я пока воздерживаюсь от любых попыток определить «истинное» и «ложное».) Вот почему когда мы говорим, что «5 или £» является предложением, мы должны раскрыть содержание нашего высказывания, исследуя выраженное посредством предложения «5 или t» мнение. Мне кажется, что человек или животное может иметь мнение, правильно выражаемое посредством «5 или ί», но изображаемое психофизиологом без использования слова «или». Давайте исследуем этот вопрос, держа в уме то обстоятельство, что все сказанное об «или» сходным образом приложимо к другим логи- ί ческим словам.
Я предполагаю, что существует различие между словом! «или» и такими словами, как «горячий» или «кошка». Послед-! ние два слова необходимы для того, чтобы указывать и выра-| жать, в то время как слово «или» необходимо только для выра*