Восприятие и знание

ко то, что «чувство жара» является одним из качеств, составляющих W, тогда, поскольку «й^» определено, суждение «Это — горячее» становится аналогичным таким суждениям, как «Разумные животные суть животные» или «Шестиугольники суть многоугольники». Но этот взгляд — нелепость, так как он уничтожает различие между эмпирическим и логическим знанием и не позволяет уточнить ту роль, которую опыт играет в эмпирическом знании.

Единственный ответ — сказать, что хотя «И^» фактически является именем определенного пучка качеств, когда мы даем имя, нам неизвестно, какие качества конституируют W. Другими словами, мы должны предположить, что можем воспринимать, именовать и распознавать целое, не зная его конституент. В этом случае данность, которая появляется в качестве субъекта суждения восприятия, является комплексным целым, комплексность которого необязательно воспринимается. Суждение восприятия всегда является суждением анализа, но не аналитическим суждением. В нем, например, говорится, что «целое W и качество Q связаны как целое с частью», где W и 0 заданы независимо. Их «данность» входит в причинную обусловленность того, что мы знаем, и в словесное выражение, если используем слово «это», но не в словесное выражение формы «Q является частью W».

Рассмотренная теория имеет следствием то, что мы не можем выразить наше знание без имен для сложных целых, а также то, что мы можем быть осведомлены о сложных целых, не зная, из каких конституент они состоят. Я вернусь к этому вопросу в главе XXIV, где будет дано обоснование принятию такого взгляда на целое, какого требует наша нынешняя теория.

Сделаем условное заключение, что трудности принятия нашей нынешней теории не являются непреодолимыми.

А теперь давайте исследуем трудности, связанные с отказом от нынешней теории.

Если мы ее отвергнем, мы принимаем или «это» или «я-сейчас» как необходимые конституенты суждений восприятия. Допустим, что мы придерживаемся выбора «этого». Аргумент будет в точности тем же в случае альтернативного решения.