Дети процессора

политических исследований в Париже, интересовавшийся этим предметом, считает, что оно происходит от личного, частного статуса электронных обменов. Прежде призванием письменной речи была ее универсальность, всеобщая доступность. С ее помощью обращались ко всему миру в целом. Отсюда — изобилие протоколов и правил: грамматических, орфографических или жизненных. Акт письма, от гражданского кодекса до диссертации, соответствовал определенному публичному месту речи. Тогда как и-мэйл, SMS и даже чаты придают гражданские права написанию любовных записок и списков покупок. Отсюда «гибкий» характер орфографии, по выражению Тьерри Летерра. В конечном итоге орфография имеет право на существование лишь в той мере, в какой текст является публичным. Если он становится конфиденциальным, ничто не оправдывает это ярмо сложных правил.

Для специалистов эта новая речь помещается в регистр оригинального языка, некоего гибрида, лежащего на полдороге между письменным и устным. Рашель Панк-хурст ⁴, преподаватель лингвистики в университете Поль-Валери-Монпелье III, провела исследование, чтобы определить часть письменного и часть устного в этой «устной письменности». Она поставила перед собой цель понять, к какой же из сторон причислить электронную корреспонденцию. Посредством программ для лингвистического анализа исследователь изучила содержание 1285 электронных писем. Результаты, к сожалению, оказались достаточно формальны: е-язык находится... Точно посередине!

Впрочем, лексическое богатство проанализированных посланий выглядит вполне определенно. В электронном языке присутствует большое количество существительных (от 41 до 44% всех слов, в зависимости от использо-

⁴ Rachel Panckhurst, «Analyse linguistique assistee par ordinateur du courriel», In Internet, communication et langue francaise, Editions Hermes, 1999, page 13.

8. Убийство Мольера

ванной программы), и его словарь содержит 75% «различных форм», что, по всей видимости, должно было склонить чашу весов в пользу письменного языка, одной из характеристик которого является разнообразие. Но все не так просто. Ибо новый язык страдает от дефицита глаголов: они представляют лишь 11,7% слов, содержавшихся в посланиях, исследованных Рашель Панкхурст, чрезвычайно малая доля сравнительно с другими письменными формами (литературные, газетные, технические, юридические или коммерческие тексты включают от 24,5 до 28,8% глаголов). Кроме того, эти глаголы не отличаются разнообразием, что на сей раз склоняет весы в пользу устной речи. Вывод: технологии провоцируют новое языковое поведение, которое с трудом поддается классификации.