Я тя люблю, а я тя нет

«Чаттеры считают, что способны подчинить себе любовные отношения, выбирая своих собеседников и рассказывая о себе в свободной и анонимной манере, — продолжает Филипп Бретон. — Но письменное общение предлагает им воображаемое представление об их собеседнике. А всю работу по узнаванию другого человека, которая зиждется на устном общении, им еще предстоит проделать».

Можно ли влюбиться в кого-то, кого никогда не видел на самом деле? «Разумеется, нет, — отвечает писатель Филипп Соллерс. — Быть влюбленным посредством Интернета, это отдает керубинизмом»*⁵. «Я не верю, что можно отделить чувственное знакомство (через взгляд, прикосновение...) от встречи умов, — подтверждает психоаналитик Элен Веккьяли. — Между чувствами должна возникнуть алхимия, которая связана со встречей двух бессознательных — а как бессознательное может общаться по и-мэйлу?» Под предлогом того, чтобы научиться лучше узнавать друг друга, интернавты главным образом стремятся отдалить момент истины, который представляет собой физическое столкновение с другим человеком. «Другой близкий человек — сосредоточение всех опасностей. Мы голы и беззащитны перед ним. Он может обнаружить наши слабые места. Наши тела говорят о нас гораздо больше, чем любая писанина». В интимных отношениях, даже если один лжет другому, невозможно солгать самому себе: тело — безошибочный барометр. «Виртуальность позволяет сохранить фантазмы и иллюзию удовлетворенности. Решиться на свидание — нынче самое рискованное предприятие на свете», — заключает она.

Двое канадцев из Монреаля, «влюбившихся» по Интернету, убедились в этом на собственном опыте. После трех месяцев переписки и необузданных страстей,

* Керубинизм — от имени инфантильного и склонного к самолюбованию мальчика-пажа Керубино, персонажа пьесы П.-О Бомарше «Женитьба Фигаро».

⁵ Беседа с Кристин Керделлан 5 ноября 2002 года.