банальный рекламный баннер оказывается западней. Открывается порнографический сайт. Термин «западня» вовсе не чрезмерен, ибо ребенок, потрясенный этим зрелищем, должен, чтобы избежать его, выказать определенное упорство: раз за разом, когда он пытается покинуть сайт (нажимая на крестик в правом верхнем углу экрана), тот появляется вновь. Наконец при четвертой попытке текст на немецком языке предлагает установить программу для подключения платежной системы, разработанной порноиндустрией, чтобы взвинтить цены на телекоммуникации. Если вы продолжаете настаивать, крестик закрывается большим красным кругом, в центре которого появляется «ja» («да» по-немецки). «Кликните!» — призывает нас это окно... Для девочки, попавшей в подобную ловушку, довольно трудно найти дорогу к выходу.
И эта ситуация не анекдот. Что сделает та же малышка (она продолжает искать информацию о своей любимой звездочке), если через несколько сайтов вдруг откуда ни возьмись выскочит текст на английском языке, предлагая выбрать между «ОК» или «Закрыть»? Достанет ли у нее силы духа, чтобы закрыть? Поймет ли она, что здесь ее снова хотят подключить к сезаму секс-сайтов? В свистопляске подключений, порнографических картинок, которые возникают на экране монитора безо всякой просьбы, абсолютно «прозрачных» рекламных баннеров, изобилующих на, казалось бы, безопасных сайтах, у ребенка нет практически никаких шансов избежать шокирующих сцен. При этом неважно, какую поисковую систему он использует. Ибо именно имя «Бритни Спирс» само по себе притягивает всех в мире продавцов секс-услуг. Надо ли говорить, что результаты опытов будут практически одинаковы с именем любой другой мировой звезды...
Как родителям узнать, получили ли их сын или дочь подобную травму? Жан-Ив Айе, детский психиатр и специалист по детским проблемам в связи с порнографией, различает два случая в зависимости от возраста ребенка. Для тех, что постарше, травму выявить довольно легко,
3. Затерянные на гигантской помойке
«по крайней мере, если родители смогут сделать предположение о ее существовании», — уточняет он. Младшие проявляют свое состояние крайностями в поведении: они либо сильнее уходят в себя, демонстрируя стыдливость в неожиданных сферах, либо, напротив, у них наблюдается вызывающее поведение, доходящее до сексуальной агрессии по отношению к детям более младшего возраста. Зато подростки тяготеют к тому, чтобы вести себя, «как будто» бы с ними ничего особенного не произошло. Бывает также, что ребенок не получает психологической травмы, но добровольно, сам начинает искать порносайты. И находит их безо всяких трудностей, потому что ему достаточно выдать себя за взрослого (заявить об этом одним кликом мышки), чтобы получить доступ ко всем порнографическим ресурсам Сети. «Когда мы имеем дело с ребенком, который разыскивает подобные картинки, — объясняет Жан-Ив Айе, — единственным знаком его болезненного поведения являются время, проводимое им он-лайн, и его стремление к уединению». В точности как это происходит с наркотиками: «Ребенок переориентирует свою энергию, отдает свое время новым привычкам, которые доставляют ему удовольствие».
Конечно, дети не дожидались появления Интернета, чтобы познакомиться с порнографией. Журналы для взрослых всегда переходили из рук в руки на уроках в коллеже. Как пишет Жан-Ив Айе в работе «Столкновение детей и подростков с порнографией»', «пятнадцатилетний подросток, который посылает изображение своего пениса [...] вместо подписи, в восемнадцать лет будет из-за этого чувствовать себя „придурком", а в пятьдесят, возможно, станет нотариусом, как пел Жак Брель, и это, может, быть, уберегает наши стены от этой самой подписи». Но не происходит ли стремительного роста
1 Jean-Yves Hayez, „La confrontation des enfants et des adolescents a la pornographie", in Archives frangaises depe'diatrie.
