Вы по-прежнему обсуждаете рынки с другими трейдерами?

Не часто. Оглядываясь назад, могу сказать, что чаще всего это влетало мне в копеечку. Говоря с другими трейдерами, я стараюсь не забывать о том, что дол­жен слушать прежде всего самого себя. Я воспринимаю информацию других трейдеров, пытаясь в то же время избежать чрезмерного влияния их оценок.

Предполагаю, что речь идет об очень талантливых трейдерах. Но даже это не меняет дела. Значит, если идея вам не принадлежит, то она ухудшает ваши результаты?

Верно. Нужно помнить, что окружающий мир весьма искушен, и все время задаваться вопросом: «Сколько людей все еще действуют согласно с данной идеей?» Нужно учитывать, что рынок уже мог отработать эту идею.

Но как это можно определить?

Используя те или иные разновидности классического индикатора темпа и наблюдая за настроем рынка. Например, я учитываю, сколько дней подряд рынок шел вверх или вниз, а также показания психологических индикаторов.

Майкл Маркус 61

Не приведете ли какой-то яркий пример того, как настрой рынка подсказал вам решение о сделке?

Самый яркий пример, пожалуй, связан с подъемом на рынке соевых бобов в конце 1970-х. Тогда бобы были в большом дефиците. Одним из факторов, тол­кавших рынок вверх, были еженедельные правительственные отчеты, которые свидетельствовали о значительных экспортных поставках и продажах. У меня былая крупная длинная позиция по соевым бобам, когда мне позвонил кто-то из «Commodities Corporation», чтобы сообщить последние данные по экспорту. «У меня для вас две новости — хорошая и плохая», — сказал он. «Начните с хорошей», — попросил я. «Цифры экспортных поставок просто фантастичес­кие, и это хорошо. А плохо то, что ваша позиция меньше предельной [макси­мально допустимый размер спекулятивной позиции]». В «Commodities Corporation» ожидали, что все три следующих дня рынок будет идти на верхних пределах.

Я, разумеется, завелся, коря себя за то, что не отрыл большей позиции. На следующее утро я отдал приказ докупить несколько контрактов при открытии рынка на тот случай, если мне вдруг повезет и он еще поработает перед блоки­ровкой на верхнем пределе. И уселся у экрана в предвкушении веселья. Как и ожидалось, рынок открылся на верхнем пределе. Вскоре после этого я заметил на экране массу мелких движений, свидетельствующих о торговле на верхнем пределе. Затем, когда цены уже немного опустились с этого уровня, мне позво­нил брокер и сообщил о выполнении моего приказа. Рынок пошел вниз. «По их расчетам, — размышлял я, — соевые бобы должны были идти на верхних преде­лах три дня подряд, а они не удержались там в первое же утро». Я тут же позво­нил брокеру и яростно прокричал: «Продавай, продавай и продавай!»