Синдром Робина Гуда

В 1998 г. в Экспертно-криминалистическом центре МВД была проведена классификация компьютерных преступников. Обобщенный портрет отечественного хакера, созданный на основе этого анализа, выглядит примерно так:

rмужчина в возрасте от 15 до 45 лет, имеющий многолетний опыт

работы на компьютере либо почти не обладающий таким опытом;

r в прошлом к уголовной ответственности не привлекался;

r яркая мыслящая личность;

r способен принимать ответственные решения;

rхороший, добросовестный работник, по характеру нетерпимый к

насмешкам и к потере своего социального статуса среди окружающих его людей;

r любит уединенную работу;

r приходит на службу первым и уходит последним; часто задерживается

на работе после окончания рабочего дня и очень редко использует отпуск и отгулы.

По сведениям того же Экспертно-криминалистического центра МВД, принципиальная схема организации взлома защитных механизмов банковской информационной системы заключается в следующем. Профессиональные компьютерные взломщики обычно работают только после тщательной предварительной подготовки. Они снимают квартиру на подставное лицо в доме, в котором не проживают сотрудники спецслужб или городской телефонной сети. Подкупают сотрудников банка, знакомых с деталями электронных платежей и паролями, и работников телефонной станции, чтобы обезопаситься на случай поступления запроса от службы безопасности банка. Нанимают охрану из бывших сотрудников МВД. Чаще всего взлом банковской компьютерной сети осуществляется рано утром, когда дежурный службы безопасности теряет бдительность, а вызов помощи затруднен.

Компьютерные преступления парадоксальны тем, что в настоящее время трудно найти другой вид преступления, после совершения которого его жертва не выказывает заинтересованности в поимке преступника, а сам преступник, будучи пойман, рекламирует свою деятельность на поприще компьютерного взлома, мало что утаивая от представителей правоохранительных органов. Этот парадокс вполне объясним:

rжертва компьютерного преступления совершенно убеждена, что

затраты на его раскрытие (включая потери, понесенные в результате утраты банком своей репутации) существенно превосходят уже причиненный ущерб;

r Преступник, даже получив максимальный срок тюремного наказания

(не очень большой, а если повезет, то условный или сокращенный), приобретет широкую известность в деловых и криминальных кругах, что в дальнейшем позволит ему с выгодой использовать полученные знания.

Таким образом, для общественного мнения в России характерен “синдром Робина Гуда” — преступники-хакеры представляются некими благородными борцами против толстосумов-банкиров. А посему хакерство в России, по видимому, просто обречено на дальнейшее развитие.

Суммируя информацию о компьютерных взломах, которая время от времени появляется в отечественной прессе, можно привести следующее обобщенное (так сказать, “среднеарифметическое”) описание одного такого взлома. И если в этом описании кто-то увидит определенные преувеличения или несуразности, то их следует отнести на счет воспаленного воображения некоторых российских журналистов, явно страдающих “синдромом Робина Гуда” в особо тяжелой форме.